Истории читателей: Московский Хрулёв

«Понял, что просто не могу скрывать от близких мне людей, кто я есть»

Гей из Москвы — о Боге, страхе рассказать о себе родителям и том, как решил быть честным
Мне 24 года, я живу в Москве, и я гей. Я осознал, что я гей, в четырнадцать. Тогда я подозревал, что я не такой, как другие сверстники, и в то же время знал, как к гомосексуальности относится религия — что это грех.

Пазлы не складывались. Несколько лет назад я рассказал об этом подруге. Она неожиданно сказала, что не считает, что Бог против ЛГБТ-людей.

 — Почему? — спросил я.
 — Бог что, совсем идиот, если создал то, что ему неугодно?

И тогда у меня всё стало на свои места.

Люблю шансон и старые боевики

Я до сих пор верующий человек — меня нельзя причислить к какой-либо конфессии, но молюсь я по католическому молитвеннику перед католическими иконами и статуями
Хожу в московскую христианскую ЛГБТ-общину. Ее встречи посещают христиане, которые являются ЛГБТ, а также ЛГБТ-френдли христиане. Обычно там поднимается какая-то тема, и мы обсуждаем, что о ней говорится в Священном Писании.

У меня много увлечений. Это и видеоигры, и танцы, и гейпроза. В плане музыки и фильмов я старомоден. Больше люблю фильмы и песни времён молодости моих родителей — 1970−80-х годов. Они нравятся мне с моего детства. Из фильмов предпочитаю старые боевики вроде «Крестного отца» и «Брата», а еще комедии. Из музыки, кроме старых песен, слушаю Елену Ваенгу и шансон, но далеко не весь.

Своим родителям я долгое время боялся рассказать о себе. Они у меня консервативные. Мама верующая, а отец — бывший военный. Но бывших военных, как и наркоманов, не бывает. Я не знал, как они воспримут мой каминг-аут, как это отразится на наших отношениях.

Не сказал я им правду и тогда, когда три года назад меня избили на подставном свидании.

Не могу скрывать

Это был единственный случай ярой гомофобии, с которым я столкнулся
Познакомился в интернете с парнем для секса. Набрал номер, который он написал. В его голосе меня ничего не настораживало. Обычный голос для восемнадцатилетнего парня — такой возраст он указал. Приехал к нему на район. Внешне он выглядел как ученик девятого-одиннадцатого класса. Меня это почему-то тоже не насторожило. Мало ли, может, он в генетической лотерее вытащил крутой билет.

Шли мимо детской площадки, и я заметил, что там сидело много молодых людей. Тот, с кем я познакомился, сказал, что это его друзья. Учитывая количество этих «друзей», я должен был догадаться, что дело пахнет керосином. Но ничего подобного в моей головушке и близко не случилось.

Они окружили меня так быстро, что я и глазом не успел моргнуть. Спросили, как родители отнесутся, если узнают о моей ориентации. Я сказал, что им будет всё равно.
Они заставили меня набрать номер одного из родителей — уже не помню кого, мамы или папы. И рассказали в трубку обо мне — сделали аутинг
Потом был ***[кошмар]. Они меня били и орали, что я как баба и хуже животного. Чтобы я дрался, если мужик.

Когда я поехал домой, понял, что потерял ключи, а родители были на даче. Пошёл к бабушке. Она открыла дверь — выражение на её лице лучше любых слов показывало, что она телепортировалась в ***[другое состояние], увидев внука. Бабушка помогла мне помыться, поскольку тело болело так, что до многих мест мне было тяжело дотянуться самому. Я поглядел в зеркало — Аполлон я был знатный. Я рассказал бабушке все, как есть. Только речь шла о девушке, и что на ту гоп-компанию мы якобы наткнулись случайно. На следующий день приехали родители, и им я рассказал тоже самое. Насчет звонков — мне удалось убедить их, что это была куча идиотов, которым просто нечего делать.

Родители заставили меня поехать в травмпункт. В «травме» врач сказал, что ни сотрясения, ни переломов у меня нет. Лишь синяки, ушибы и вывих мизинца на руке. После этого случая мне было какое-то время тяжело знакомиться с парнями, хотя я холерик-экстраверт.

Спустя пару лет я понял, что просто не могу скрывать от близких мне людей, кто я есть.

Как снег на голову

Новость о моей ориентации на маму, бабушку и близких друзей я вываливал как снег на голову. Просто сказал, и всё
Только папа пока не знает. Но что интересно, всё прошло хорошо, все восприняли это нормально. Мама, конечно, поначалу переживала. Она беспокоилась, как я буду жить, за мою безопасность. Но постепенно она стала более спокойно к этому относиться.

Коллеги о том, что я гей, узнали из моих социальных сетей. В одном из разговоров они стали расспрашивать меня насчет моей ориентации — связали морально по рукам и ногам. Ну, и я признался. Но опять же, на отношении ко мне это никак не сказалось.

Впрочем, с коллегами у меня сейчас отношения не очень, но это никак не связано с моей гомосексуальностью. Просто я не перевариваю токсичных людей, у которых есть два мнения — их и неправильное.

Чтобы общество менялось, мне кажется, нужна какая-то просветительская работа и публичные лекции. А еще нужны каминг-ауты — и если ты публичный человек, и если нет.
Если твои близкие — адекватные люди, то они будут к тебе так же относиться. А еще начнут понимать, что ЛГБТ-люди тоже разные, как и цис-гетеро
В Москве проходит полно разных мероприятий для ЛГБТ-людей. Есть группы поддержки, есть развлекательные мероприятия — радужные посиделки (настолки, общение и тому подобное), книжный клуб, кинопоказы старых фильмов и ещё много чего. Есть психологическая и юридическая помощь. На мой взгляд, всего этого достаточно. Хотя рассказать о себе своему отцу я пока так и не готов. Надеюсь, когда-нибудь это случится.

Несколько месяцев назад я встретил парня, ему 52 года. Познакомились мы чисто для секса. А потом, во время самоизоляции, он мне вдруг написал. Я к тому времени и думать забыл, что у меня есть его телефон. Слово за слово, мы начали общаться. Сначала в вотсапе, а потом и вживую. Сейчас у нас всё хорошо.
Редактура: Михаил Данилович

Ваша история может вдохновить других
Необязательно становиться абсолютно публичным. Любая открытость — перед собой, близкими, друзьями — постепенно ведёт общество к большему принятию разнообразия и неполярности
Нажимая на кнопку «Отправить», вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности